Все эти разговоры про кошек напомнили мне одну историю.
Мы когда-то жили в Гуаранде, с полгода, наверное. Однажды муж с ребенком вернулись из парка и сказали, что дочь позвали ходить в детский сад. Что ей только три с половиной года – ничего. Там, мол, будут маленькие дети и они будут в основном играть, а пятилетки учиться по программе. Немедленно был пошит голубой халатик, закуплены цветные карандаши и бумага, и наша дочь пошла в этот садик, ко всеобщей радости всех трех заинтересованных сторон (я на целых 4!!! часа в день избавилась от гиперактивного ребенка, учительница получила этого, такого необходимого ей ребенка в группу, ребенок получил маленькую толпу амигитос и наизанимательнующую игру «ескуэлита»).
Однажды она вернулась из садика и с довольным видом объявляет, что выучила новый стишок.
Я – О! Ну давай, рассказывай скорее!
Дочь (с выражением) —
Mi mamá mató un gato (Моя мама убила кота)
Con la punta del sapato. (Носком туфли)
Cuantas patas tiene gato? (Сколько же лап у кота?)
Uno! Dos! Tres! Cuatro! (Раз! Два! Три! Четыре!)
Я (стараясь сдерживаться — ребенок-то маленький) — Ужас! Бедный кот! За что же его убили? Для того что бы лапы сосчитать? Что это за мама такая, которая вот так, запросто убивает котов носком туфли?! Разве бывают такие мамы? И вообще, кто тебя научил такому садистскому стишку? А! Это, наверное, тебя мальчишки-хулиганы научили! И ты, такая милая, почти образованная девочка из приличной семьи повторяешь за всякими хулиганами всякие глупости…!
Дочь (с круглыми глазами, отражающими недоумение всего мира) — Мама! Но этот стишок мы сегодня выучили с
учительницей!
Мы просто учились считать до четырех!
Я —
