[Russell]

А-024-Легенда о конце века

Прекрасная, хотя и несколько затянутая стилизация, слабо раскрывающая тему, но подробно и обстоятельно раскрывающая, что такое «мудрость», «боги», «сила» и «смерть».

Этот рассказ из разряда тех, что «у меня есть некое количество продуманных идей, но просто перечислять их скучно, а наделю-ка я их формой, придумаю для каждой предпосылки героя, а логический вывод превращу в сюжет». ОК, и стилизация про «древнюю» легенду вполне удалась, но в данном случае «голова» перевешивает «ноги», и за многочисленными монологами теряется собственно история, замысловатая, но довольно предсказуемая.

Самым удачным эпизодом можно считать погоню – с превращениями преследователя в лучших традициях русских, и не только русских, народных сказок. Забавная цитата из «Морозко» //Тепло ли тебе девица...// однако, она выбивается из общего настроения.

Наиболее слабые места – это «выяснение отношений на высшем уровне»: ты мне обещала, я тебе обещал, ты меня кинул, а я живой оказался... Скучно, муторно, «мельоно-оперно». Девочка-лебедь тоже какая-то непонятная: ей сказали убить, а она в догонялочки играла. Зачем? Зачем Большой Папа морочил главной героине голову с замужеством и возвращением, а потом «никто не знал, а я Бэтмен»? Боги детей делали гораздо проще, не заморачиваясь на пустяки.

Горбун, как рояль из кустов, явился и продемонстрировал образ мыслей профессионального мизантропа:
// Какую только добродетель не находили мои противники, чтобы возвыситься из ничтожности: силу, ум, верность, честность, любовь – я всегда разбивал их силой своей мудрости и сгонял обратно в прах. И когда моим противникам больше нечего было ответить, они говорили, что я злой человек и, угрожая расправой, прогоняли прочь. Из всех стран меня изгнали, назвав слишком злым, и выходит, что я самый злой человек на свете. //
Очень искусственно, даже для стилизации под легенду. Это уже скорее получается древнегреческая трагедия – с монологами, вестником и хором.

Женщина, родившая «погибель богов», напомнила мне Кламповский «Х». Фума, Камуи, драконы Земли, все дела. А ещё говорящий меч был у Семёновой. И разумеется, куда же без них, Олди «Путь меча». В общем, аккуратнее надо с холодным оружием. Тема-то разработана будь здоров. Тут у нас уже и с пистолетами разговаривают, уиллис, а вы всё родами маетесь.

Своеобразный образчик образа мышления сверхчеловека:
// - Ты, - сказала Мара, - долго жил внизу и видел только низкое, и хотя считаешь себя умным и сильным, глуп и слаб. Не силы набрался ты, а грузной тяжести, не ума, а мёртвой мудрости. И хоть твоя мудрость знает всё, что было, тебе не хватает ума видеть, что будет, потому ты и не знаешь силу, что сильнее твоей слабости.//
ОК. Те, кто живут в внизу, совсем не могут стать умными? Потому что боги? Такова мораль? Но она не лечит от мизантропии. «Сила сильнее твоей слабости» – вообще шедеврально. Мокрота, мокрее твоей сухости...

Ловушка получилась вяленькая, какая-то метафорическая: хотел схитрить и начать новый свинцовый век, но и он тоже кончится... И переломила меч пополам. Т.е. убила. Т.е. условие не выполнено.

Ляпы:

Самый главный и самый страшный ляп – называть «девицей» и «девушкой» женщину на 9 месяце беременности. Тем более, что по сюжету однозначно, что с мужем она спала по нормальному – никаких голубей, лебедей, быков и золотых дождей. Ну, не девушка она, тем более, что замужем.

Во-вторых, «Они». Что тут делает японский Они? Вместе с Норной-Смертью и «Заросом»? С миру по нитке? Подобное разнообразие было уже много раз и всегда напоминает голливудский блокбастер, в который, как в хорошее ирландское рагу, намешали всё, не забыв и о дохлой крысе.
Кроме того, Они не отличаются мудростью. Обыкновенный страшномордый людоед, который, сообразно своей природе, жрёт людей. На место мудреца подошёл бы ками, но ками, как правило, красивы, и их не спешат изгнать. Так что здесь – мимо.
И ещё мимо оборот с // В последний раз люди обращались ко мне, когда я был на востоке. Там мне дали имя «Они» // Восток – он не маленький. Это и Персия, где свои гады, и Китай, и Индия.

В общем, стилизация получилась, а рассказ – нет. Действия надо побольше. И хорошо бы отступать от логики легенды – чтобы удивлять, когда, скажем, в таком традиционном развёртывании сюжета, вдруг появится что-нибудь совсем неожиданное – и более живое, чем умные говорящие головы.