Форум Русского Эквадора  
Ссылки об Эквадоре. Главная страница сайта
Форум Русского Эквадора  
 
   

Вернуться   Форум Русского Эквадора > Конкурс фантастики > Архив предыдущих конкурсов

Архив предыдущих конкурсов Сюда переносятся темы, созданные во время предыдущих конкурсов. Просто, чтобы не возникало путаницы.

Закрытая тема
 
Опции темы
Старый 24.03.2005, 13:06   #1
Старейшина
 
Аватар для Andrew
 
Регистрация: 01.01.2002
Адрес: Quito - San Rafael
Сообщений: 4,126
Благодарностей от вас: 72
Вас поблагодарили 55 раз(-а) в 45 сообщении(-ях)
Русский Эквадор: очередной разбор полётов и ещё...

«Русский Эквадор»: очередной разбор полётов и ещё какое-то словоблудие

Автор: Schisma

Предыстория. В середине декабря прошлого года Андрей Ширяев, ЗнатныйПровокатор (TM) , обратился ко мне с просьбой оценить несколько рассказов Эквадорского конкурса. Я — от большого ума, не иначе — согласилась, и ЗнатныйПровокатор (TM) предоставил мне десять текстов для рецензирования.

Что выросло, то и получите.

Типа преамбула

Во-первых, выставляю оценки и формирую топ. Чтоб по-взрослому.

Во-вторых, мне, как всегда, результат важнее инструментов.

В-третьих, авторство мне на сей раз известно, но оцениваю я всё равно по морде, а не по паспорту, так как паспорт меня принципиально не волнует.

В-четвёртых, со свечкой традиционно не стояла, а потому гоню.

Примечание. Выступаю не как редактор, не как писатель и не как критик. Просто читаю, вижу, думаю и излагаю свои мысли — как читатель, у которого есть ум и собственный взгляд на литературу.

Примечание для слабонервных. Никакого мата. Но остальное как всегда.


Мечтают ли девушки об андроидах?

Креатифф рулит. Аффтор жжот. Андрей, респект. Я такого давно не читала. И уж не чаяла, признаться.

Излагаю сужет.

Жила на «среднем уровне» девочка. Одноногая, натурально. И страшная она была, как моя жизнь временами.

И никто её поэтому не трахал. А она хотела, аж пищала.

Тогда друзья скинулись и подарили ей на день рожденья робота-любовника. Чтоб он её трахал.

Девочка оскорбилась до глубины всея душа. И стала трахаться с роботом. Видимо, в пику оскорблённой гордости.

А потом прогнала робота на панель, чтоб он заработал ей бабла на новую ногу. И робот стал проституткой.

Но ему очень хотелось, чтобы девочка его полюбила. И поэтому он приковал её к батарее наручниками, стал над ней всячески издеваться и, в конце концов, грубо отымел. Не спуская порток. Не отходя от батареи. Из любви великой, надо думать.

И девочка кончала. Но очень при этом страдала.

Долго ли, коротко ли, прилетела к девочке добрая милиция и заставила робота освободить девочку.

И застрелила робота.

Но девочка — вот милосердное существо! — робота выходила, вылечила; они «слились в долгом страстном поцелуе», стали жить-поживать и добра наживать.

PS. Аффтор любезно заменяет слово «траханье» на слово «любовь», но суть от этого не меняется.

Вот такой, значицца, сужет.

В принципе, тут-то можно было бы и остановиться. Но рецу я обещала подробную и с пристрастием, а потому начинаем разбор полётов.

Итак, «Мечтают ли девушки…»

Не сомневайтесь. Вот по этой сцылке лежит ещё один изумительный образчик девичьих мечтаний. Обрыдаться. Прочтите и найдите десять отличий с предложенным рассказом. Предупреждение для слабонервных: по сцылке лежит слэш-фанфик какой-то умом тронувшейся поклонницы «Гарри Поттера». Специально нарыла. Выбирала долго и тщательно. Абстрагируйтесь от всего и смотрите в корень.

Говорить тут можно долго, но я процитирую самое дивное — некоторое даже без комментариев.

«Без единой кровинки в лице».

«Я быстро обзаводилась друзьями обоего пола».

«Настоящий красавец. Просто мужчина моей мечты. Высокий синеглазый брюнет. Идеальная внешность. Таких в реальности не бывает. В руках красавец держал огромный букет тёмно-бордовых роз».

«Непокорная прядь волос».


Чувствуете силу слова, да? Какие штампы, о чём вы?! Тут клейма негде ставить!

«Ужасная догадка возмущала мой мозг».

«…Александр растерянно взирал на меня своими потрясающими глазами».


«Взирал глазами, восстав с унитаза» — так было бы ещё круче. Кстати, аффтор определённо забыл слово «собственный» после слова «свои».

«Живая природа не должна страдать по вине людей и их созданий. А эти цветы, наверное, стоили не дешевле самого андроида».

А вы думали! Ребёнку ясно, чем дороже цветы, тем более они относятся к понятию «живая природа».

«Секс с ним каждый раз приобретал какие-то неповторимые моменты».

А знаете, почему моменты были «неповторимые»? Потому что их нюхали местные токсикоманы.

«Он тяжело поднялся и вышел в другую комнату, где и просидел всю ночь, застыв, как жена Лота».

Библия рулит. Библию на «среднем уровне» читают везде и всюду, взахлёб, неотрывно, с младенчества, как детектив. С детского сада детей приучают сравнивать любую застывшую фигуру с женой Лота. У них даже игра такая специальная есть, «Гоморра волнуется раз…»
Обратите внимание, кстати, как тонко подан намёк на содомский грех.

Дальше, между прочим, ещё данайцы будут, готовьтесь.

То, что и Толкиена на «среднем уровне» читают, в контексте повального увлечения христианской литературой не смотрится, а потому эпизод с «Властелином кольца» я опущу для ясности.

«Там, увидев андроида, зацокала языком, заохала мерзкая толстая сутенёрша…»

Естественно, мерзкая и толстая. Сутенёрша просто морального права не имеет быть стройной и миловидной.

«Идея сделать Александра проституткой уже не казалась мне такой радужной».

А вот изумительно:

«Немытый вид».

«Потом он вошёл в меня, довольно грубо, и я вообще обо всём забыла».


Не сомневайтесь.

У неё только одна мысль осталась: как бы свалить из-под этой туши. А обо всём остальном она точно забыла.

А вот это просто неподражаемо. Оцените тонкий психологизм. Робот издевается над своей «любимой»: приковывает её к батарее, заставляет ходить чуть ли не под себя, насильно кормит, когда она объявляет голодовку, лжёт от её имени (в её же присутствии, её же другу), а потом ставит раком и собирается грубо трахнуть. И что б вы думали? Правильно:

«- Зои, тебе будет очень хорошо, верь мне. Я не причиню тебе вреда.
Его рука скользнула между моих ног.
Действительно было хорошо. Я не смогла преодолеть свои инстинкты, свою программу, заложенную природой. Он умело насиловал меня…»


«Умело насиловал» — спорим, у вас так не получится?

«…а мне было хорошо от его умений».

Да, да! Мне тоже хорошо!!! Ой, как мне хорошо!!!

«А, может быть, дело не в умениях?»

Нет, нет, именно в умениях! BDSM форева! Правда, проблеваться по окончании полового акта героиня всё-таки не забыла. И дальше — обратите внимание — размышляет:

«Бог создал человека по своему образу и подобию, мы создали андроидов по своему образу и подобию. А потому нельзя ли предположить, что и в андроидах есть частичка Бога, то есть – душа, способная на любовь?»

Ох, нехило быть духовным (с)…

Аффтор, вы меня извините, но тут одно из двух… Причём второе, судя по всему, вероятней, вот только незачёт вам в любом случае: конкурс-то не пародийный, как я погляжу.

PS. Главное в настоящей графомани — это трескучий надрыв и беспредельный пафос. В данном случае ни того, и другого нет, и это, вкупе с немыслимым обилием второстепенных графоманских замашек, дало мне повод заподозрить, что передо мной не графомань, а подражание.

PPS. В качестве учебного пособия «Как не надо писать» годится.


Первое лирическое отступление

Если честно, меня бесит вот эта мода — подражать графоманам. В особенности когда имеется вполне достойная тема для хорошего самостоятельного рассказа. В случае с последней «Грелкой» глумление над несчастной сабачкой было оправдано темой: действительно, когда требуют написать не пришей кобыле хвост, лучшее, что можно придумать, — это поиздеваться над организаторами конкурса и заодно повеселить окружающих. Но ведь «Сабачка», в отличие от «Девушек», — это не подражание, а именно пародия. Она настолько безграмотна и в то же время настолько остроумна, что паясничанье автора видно невооружённым глазом. Её лишь законченный тупица не воспримет адекватно.

«Девушки» — это подражание. И невооружённым глазом там ничего не видно. Графоман этих «Девушек» как родных встретит — и, на самом деле, будет прав.

В данном случае автор поступил примерно так же, как благополучный студент из обеспеченной семьи, вздумавший насмехаться над убогим попрошайкой: напялил на себя замусоленное драное пальто и вонючую шапку, напустил за шиворот блох и встал в переходе метро с протянутой рукой.

Я не удивлюсь, если окружающие не поймут его юмора. А о том, что после такого аттракциона мнимому попрошайке понадобится долгая и тщательная дезинфекция, я даже говорить не хочу.


А теперь ещё и самки

Странное впечатление от рассказа.

Во-первых, на словосочетании «Большая Белая» в памяти немедленно всплывает недавняя «Если есть дорога» Карины Шаинян. И хоть ты тресни, никуда от этой аллюзии не уйти. Попыткой превратить текст от первого лица в речитатив она только усугубляется.

Что не есть правильно.

Во-вторых, на читателя разом вываливается огромнейший поток информации: человек сталкивается с миром, не имеющим, судя по всему, ничего общего с нашим. В этом мире чуждо всё — от имён до обычаев. И этого всего так много, что приблизительно до середины третьей страницы я с трудом улавливала нить повествования. Мне приходилось держать в голове одновременно тучу разрозненных фактов и увязывать их каким-то образом прямо по ходу действия. Отвлекаться от текущего момента, останавливаться и возвращаться назад было нельзя: автор пытался плесть мантру, а мантра должна восприниматься непрерывным потоком (каждый последующий звук только тогда может быть понят адекватно, когда накладывается на всю цепь предыдущих).

Неприятное ощущение.

В-третьих, меня не покидает чувство, что я уже читала когда-то нечто подобное. Я имею в виду про то, как мужчины забыли, кто такие женщины, и уничтожали женщин, считая их бракованными мужчинами. Или наоборот, это женщины так поступали? Забыла.

Но суть от этого не меняется.

В-четвёртых, я уже второй день думаю и всё никак не могу понять, каким образом отдельные ушлые граждане догадались, что девочки — это на самом деле самки, а не недоразвитые самцы. Насколько я понимаю, книг не осталось, цивилизация деградировала до пещерного уровня.

Кроме того, я совершенно не понимаю, как мужики умудряются зачать ребёнка. Нет, я понимаю, что существуют некоторые идеи, которые понимает автор, но не понимает читатель. Но такие идеи автор должен читателю объяснять, а процесс размножения в отсутствие женщин — это, к сожалению, одна из таких идей.

И потом… Я не генетик, но приблизительно представляю себе, откуда что берётся. Таким образом, я могу понять появление в заданных условиях мальчика: хромосомы Х и Y передаются ребёнку от отца в полном комплекте. Но ведь чтобы родилась девочка, нужны две X-хромосомы и ни одной Y-хромосомы. Внимание, вопрос: откуда папа возьмёт вторую X-хромосому и куда денет свою Y?

Но даже если найдёт, откуда извлечь и куда деть… На том уровне развития цивилизации, где технически возможно получение девочки при участии одного лишь отца, люди едва ли будут поклоняться «Большой Белой» и жить чуть ли не первобытнообщинным строем.

А если говорить о естественной способности мужчин размножаться, то давайте вспомним процесс эволюции. Коль скоро мужики стали автономны, самка человека автоматически превратилась в рудимент биологического вида. Тогда возникает другой вопрос: откуда берётся так много «неправильных» новорождённых особей? По идее, их должно появляться с каждым разом всё меньше и меньше. А в рассказе всё наоборот: куда ни плюнь — всюду девки.

Дальше.

О чём рассказ? Абстрагируясь от всех упомянутых выше вопросов, о чём он? О том, что женщины везде пробьют себе дорогу? О том, что семья без женщины на что-то обречена (а на что, кстати)? О том, что в стае рано или поздно найдётся тот, кто поступит по-своему и окажется типа прав (а он, кстати, прав)? Честно, всё как-то неконкретно получается.

А что если самки в этом мире и впрямь корень зла, от которого лучше избавиться ещё в зародыше? Мы ведь только с антуражем знакомы, но не с законами этого мира.

Ещё дальше.

«— Большеротый, - повторяю я уже просто для проформы, - Во имя Большой Белой, отдай кладку, что ты, в самом деле, как...как...
— Как самка, - услужливо подсказывает Сухорукий, и, сообразив, ЧТО он ляпнул, цепенеет. Сейчас его будут убивать, и никто, никто его не защитит. Потому что – это знает любой свежевылупившийся детеныш – даже смерть – недостаточно строгое наказание за такое оскорбление».


Вот тут неправда ваша, автор. Дело в том, что если слово «самка» — страшнейшее оскорбление, и об этом знают даже детёныши, то «Четвёртая власть» (вспоминаем, да, кто такой Сухорукий?) не забудет об этом даже в страшном сне. В противном случае Сухорукий никогда бы не стал «Четвёртой властью» и никогда бы не заслужил репутацию живучего: если у него язык поперёд мыслей болтает, он должен пасть смертью самых ещё в первых абзацах.

Фактически, этот эпизод нужен только автору.

А вот это уже фи большое… пребольшое.

Между прочим… Откуда в тамошнем ругательном лексиконе взялось слово «самки», если никто толком не знает, что это такое, а самих самок уже якобы тысячу лет не существует? Оскорбление только тогда по-настоящему оскорбительно, когда имеет совершенно определённый смысл.

***

Честно сказать?

А я ведь специально дорываюсь. Не нравится мне этот рассказ. Чую фальшь — и фальшь могучую, а обосновать не могу. Помню, читала какой-то рассказ не то с третьей, не то с четвёртой «Грелки» — про кошек и мышек, как кошки мышей воспитывали (чуть ли, кстати, не победитель). Никак не могу отделаться от впечатления, что эти два рассказа — одного поля ягоды.

Понимаете, дело не в том, что рассказы эти ученические или правильные, или чересчур правильные, или там хоть какие угодно правильные, и язык у них, мол, весь из себя правильный, и что в них нет ничего неправильного, и, дескать, именно в этом их недостаток и именно поэтому они производят такое серенькое впечатление.

Нифига подобного. Дело не в том, что они ученические, и не в том, что их не за что ругать (тем более, что при желании докопаться можно всегда до всего). Наоборот, и ученики бывают разные, и приятно, когда рассказ ругать не за что.

Но только при одном условии: когда есть за что хвалить.

Незачёт автору. Не за что хвалить его рассказ.


Второе лирическое отступление

Я поняла, что такое «слишком правильное произведение». Это произведение, все придирки к которому ограничиваются мелочами, но одновременно не имеющее ничего такого, за что его можно было бы хвалить, кроме как за мелочи.

Его потому и называют «слишком правильным», что в нём спорить не с чем: или всё очевидно, или всё меленько, как лужа, мараться неохота. Что есть такой рассказ, что нету его — всё едино.

Это очень хороший термин — «слишком правильный рассказ». Только ни в коем случае нельзя забывать о том, почему и откуда этот термин берётся.

И, кстати, я сформулировала безотказное правило оценки для всех конкурсов. Ваше дело, следовать ему или нет, но мне оно представляется весьма и весьма корректным.

Когда берёте рассказ в топ, всегда и в первую очередь обосновывайте не то, почему вы его отказались исключить из топа, а то, почему согласились включить. Очень часто оценка складывается так: «Ну, не знаю, что в рассказе хорошего, но он ровный, и поэтому исключать его из топа не комильфо».

Уверяю вас, очень даже комильфо.

Его хвалить не за что — вот фундамент.


На излёте

Сначала надо отдать должное стилистике. Дорваться тут тоже можно, но зачем? Написано монолитно и ровно.

А дальше я буду думать, почему этот рассказ вызывает у меня отвращение и непреодолимое желание отнести его к жанру порнографии. Это доосознанные ощущения, и, возможно, рассуждая, я зайду совсем не в те дебри, где на самом деле лежит ответ на вопрос.

Но попробовать в любом случае стоит.

Во-первых, я вижу в нём эпигонство. Он напоминает мне сразу множество произведений о войне, и не потому что речь в нём идёт о войне, а потому что я это всё уже где-то читала. И даже не просто где-то, а чуть ли не в каждой книге о войнах дореволюционных времён. Все эти солдатские стойки «во фрунт», все эти разговоры на биваке, все эти ночи перед боем, и сами бои… и даже ахалтекинца где-то видела.

Во-вторых, идея…

Идея — развитие отношения солдата к оружию и значение оружия для солдата. Тут возможны два равноправных прочтения. Первое — в сознании солдата женщина и орудие смешаны воедино. Второе — женщина и орудие смешаны воедино в реальности. Но что бы ни имел в виду автор, апеллирует он, как и создатели порнопродукции, к наиболее примитивным инстинктам и дальше этих инстинктов даже не заглядывает.

Воля ваша, а я не могу представить себе большей безвкусицы, чем сцена, в которой артиллерист сношает своё орудие. Это, знаете, как кавалеристу с лошадью сношаться. Или пограничнику с пограничной овчаркой, а полковому капеллану с кадилом — я принципиальной разницы не вижу. Автор якобы развивает тему, звучащую в песне «Солдатушки, бравы ребятушки…» Вот только вся проблема в том, что понятие «супружеские отношения» он сводит до примитивного «половой акт». Не знаю, наверное, это должно считаться очень остроумным и очень жызненным.

Лично меня от такого «остроумия» и жызненности коробит едва ли не физически.

«Навёл Тит Кулеврину свою Авдеевну жерлом на басурманскую силу, развёл лядвеи литые, крикнул надрывно:
– С богом, родимая!
Кулеврина поднатужилась, ахнула мучительно – и пошла рожать.
У-ух! У-ух! Садит почитай без передышек. У-ух!
Не зря, видно, бомбардир Тит Захаров ночью четыре любовных захода делал».


Считайте меня ханжой или помешанной, но я вижу в этом и некоторых других эпизодах только сало. Жир от этого сала заляпал весь рассказ с головы до ног. Возможно, автор того и добивался. Но точно так же, как я не могу называть хорошими книги Сорокина, я не могу назвать хорошим и рассказ «На излёте». Да, порнуха может быть сделана тяп-ляп и искусно, вот только порнухой она быть не перестанет ни в том случае, ни в другом.

Незачёт. Есть вещи, которые перечёркивают любые достоинства. Отсутствие вкуса и изящества — в их числе.

Некстати, но в тему. В британском военном флоте, еще в XIX веке, было такое выражение — «женить на пушке» (или что-то в этом роде).
Подобным образом матросов пороли. Когда время поджимало.

К вопросу о чувстве юмора.

Нет, что вы, я ни на что не намекаю.


Криптограмма

Прежде всего: это рассказ не о Рое, а о Курте. Если кто не понял, сам виноват.

Второе: рассказ сырой, но ругать его, кроме как за сырость, больше не за что. Там очень много затянуто, кое-где слишком торопливо разнесены акценты, а кое-что можно было бы сформулировать чётче и лаконичней. Мне кажется, автор знает это или поймёт через некоторое время. Ещё мне кажется, что автор всё-таки и сам не слишком догадался, кто в действительности герой его повествования, или догадался слишком поздно, когда менять что-либо в рассказе было уже не с руки. Это, впрочем, не умаляет его достоинств.

И последнее. Я знаю доминирующую точку зрения на литературу: автор должен умереть в своём тексте. Так вот, я эту точку зрения не разделяю. Почему — об этом позже. А в данный момент мне просто отрадно видеть автора за строками его рассказа. Я очень, очень медленно продиралась сквозь «Криптограмму», но не потому, что в ней нет приключений тела, а потому, что я наконец-то нашла собеседника за буквами и словами. Мне хотелось понимать — и я понимала. Все эти рассуждения о шифрах, о знаках, о людях, о причинах и следствиях, о войне и вечности — именно та традиция (в лучшем смысле слова), которую создали классики мировой литературы и которой, возможно, неосознанно, а повинуясь единственно вкусу, последовал автор.

Нет, он ничего нового не сказал, кроме того, что говорил именно он. Но я — впервые, пожалуй, за долгое время — читала.

Вы, если читаете только современную литературу, не знаете, что значит читать. Современная литература приучает вас заглатывать текст — но это не чтение. Это еда.

Автору спасибо. Если будет работать, а не балбесничать, и если не поддастся искушению стать «ближе к народу», раньше или позже станет классиком. Рассказу однозначно зачёт, невзирая на все недостатки.

PS. Вы думаете, классическая литература — это всегда новаторство? Нет, ребята, всё гораздо интереснее. Классическая литература — это всегда литература авторской мысли, а нова мысль или не нова — это уже вопрос новаторской литературы. Которая тоже может стать классикой, но только при прочих равных.

PPS. Мысль, умничанье и рефлективные стенания надо различать. Это всё разные вещи.


Третье лирическое отступление

Я действительно не разделяю мнения о том, что автор должен быть похоронен в своём тексте.

Я могу назвать поимённо несколько сотен ремесленников самого разного свойства, личностей которых не видно в их штамповках. Но я не могу назвать ни одного мастера, который не был бы виден в своих трудах.

Который — сам, как личность, — был бы неразличим за словами, звуками или мазками кисти.

Всё дело в том, что творение — простите за пафос — оживает и становится самодостаточным только тогда, когда создатель вкладывает в него часть самого себя. Не создаёт по образу и подобию — не путайте. Именно отдаёт часть себя.

В создание должна быть вложена личность создателя, и если мы этой личности не видим, мы никогда не сможем увидеть и личности создания. Ей неоткуда будет взяться: подобное рождается лишь подобным.

Кстати… Здесь кроется ещё одно объяснение тому, почему мне так не понравился рассказ «На излёте» и так понравилась «Криптограмма». В первом случае я не вижу ни автора, ни части того, чем он живёт, во втором — вижу, и очень отчётливо.

И ещё кстати. Чем сильнее проявлена личность создателя в творчестве и чем сильнее эта личность сама по себе, тем более захватывающим и самобытным становится произведение.

Попробуйте перепутать Гофмана, Гауфа и Бажова.

А позиция «автор должен умереть в своём тексте», она очень удобна, да. Она позволяет оправдать отсутствие собственной личности, нивелирует личности «конкурентов» и низводит настоящих творцов до уровня червей, которые якобы не сумели чего-то такого очень важного.

Здесь же. Я сознательно обошла вопрос о стиле в рецензии на рассказ «Криптограмма». Всё дело в том, что когда автор мыслит, когда проявляет себя в творчестве как личность, стиль появляется сам собой. Этот стиль может кому-то нравиться или не нравиться — не имеет значения. Он однозначно будет, и он будет не хорошим и не плохим, а просто своим. Всё дело в том, что невозможно излагать чужое собственным языком и своё — языком чужим.

Каждый мастер разрабатывает собственную систему символов, и именно эта система служит ключом к пониманию его произведения.

Почему редактор может почти полностью переписать текст за плохого автора, и текст от этого не пострадает, а в работе с хорошим автором требуется согласовывать едва ли не каждую запятую?

Да всё потому же: редактор не телепат, и он не может в совершенстве освоить чужую систему символов при условии, что эта система оригинальна. Здесь общепринятый набор оценок и шаблонный подход к редакторской правке дают коллаптический сбой процесса редактирования и приводят лишь к гибели произведения.

А вот штамповку и графомань править можно и на станке, тут главное только со станком не ошибиться, но для редактора такая ошибка почти исключена.

Именно поэтому я внутренне содрогаюсь, когда с первых же слов не нахожу в рассказе самобытного стиля. Для меня это служит безошибочным индикатором пустышки. Нет стиля, нет собственной системы символов — нет и автора. А значит, нет и произведения.


El espaidero

Очень увлекательный манифест, который я нифига не поняла. Конкретно я не поняла вот чего.

Какая связь между первой частью рассказа (житие Алисии до встречи с Ригоберто) и второй (житие коммуны). Я в упор не вижу, что послужило толчком для объединения пятисот человек и почему они живут в любви и согласии. Кроме того, я не понимаю, от какой такой напасти надо спасать эту самую коммуну и какой во всём этом смысл.

Иными словами, автор забыл рассказать самое главное: почему именно Алисия является ключевой фигурой его притчи и почему нам так важно знать мельчайшие подробности её жизни до встречи с Ригоберто.

Ещё одно замечание: в свете полемики с издателем этот рассказ смотрится неубедительно. Сам по себе — как простое письмо, статья или репортаж — он выглядел бы гораздо гармоничнее.

Больше у меня к рассказу претензий нет. Повторяю: всё очень увлекательно и живо, хотя первая часть — из-за того, что неясна её связь со второй — выглядит затянутой до неприличия.

Кстати, в отличие от «На излёте», натурализм в этом рассказе не вызывает отвращения. Он здесь так же органичен, как в иных произведениях — описание природы или утреннего платья светской леди. Более того, автор умудряется оставаться тактичным, даже говоря о физиологии.

Вижу небрежность и стилистические помарки, но заострять на них внимание не хочется, поскольку язык в целом выглядит приятным и сочным, несмотря на всю свою простоту.

Рассказу зачёт. Но зачёт не по факту, а авансом — за увлекательную историю. Жаль, что её смысл остался тёмен.


Клише

Незачёт рассказу.

Финал просчитывается сразу же после слов: «Берётесь вы ему помочь?..»

Правильный ответ: да, берутся, но киноиндустрия от этого ничего не выиграет. Почему? Потому что такова логика: превращённый в раба клон личности обязан соответствовать матрице, в противном случае будет поставлена под сомнение ценность самой матрицы. А в данном случае соответствие матрице определяется отношением к роли и финальным аккордом жизни клона.

Автор потратил очень много слов на то, чтобы сказать очевидное, и не добавил к этому очевидному ничего от себя лично. Спасибо хоть без хеппи-енга обошлось. Да, и ещё спасибо за отсутствие пафоса, вроде «Ах, прорыв в киноиндустрии!», и тому подобных глупостей. Автор, словом, адекватен и понимает, что выбранная тема далеко не нова. Но это единственное достоинство рассказа.

По стилю ничего сказать не могу. Так многие пишут: гладко, ровно и без вывертов. Собственного не увидела.

Зато увидела грандиозную фальшь, и бить за неё буду больно.

Автор… Вот скажи честно, ты сам знаешь, как играл герой твоего рассказа? Ты описываешь игру актёра намёками, эвфемизмами и невнятными междометиями. Ты подтекстом даёшь мне понять, что описывать это, дескать, нельзя, потому что это надо видеть, а видеть этого тоже нельзя, настолько это тяжело и мощно.
А я, вот, не верю — ни в тяжесть, ни в мощь. Но особенно я не верю в то, что ты, автор, сам — вместе со своим героем — пережил эту смерть; сам, своими глазами, видел её на сцене, сам её режиссировал и сам же играл.

Она мёртвая, эта смерть. Картонная, неестественная и блёклая.

«Как он играл!»

А как он играл? Ты — писатель. Ты взялся говорить о том, что человек необычайно сильно играл смерть. Так убеди меня в этом. Покажи мне, видящей лишь строки твоего рассказа, тот образ, который создал артист. Он ведь «играл, как жил»! Вот и покажи мне, как он жил, когда играл. Не подменяй игру на сцене игрой на пикниках — это разные игры. Не рассказывай мне о его жене и друзьях.

Ты мне его — в софитах — покажи. Ты мне его наедине со смертью и жизнью дай. Или хоть попытайся, что ли. Только не отделывайся дешёвыми и ничего не значащими репликами, полными недоговорённостей и многозначительных намёков. Это нечестно. Это стыдно и пошло.

PS. Наличие в тексте лирического героя за отмаз не катит. Почему и как надо поступать в подобных случаях — думайте сами.


Ночь внутри

А вот это графомань как есть — неприкрытая.

Излагаю сужет (семь страниц, половина авторского листа, не блоха какая-нибудь).

В старом-престаром доме жил богатенький-пребогатенький Буратино. И жила при нём сиротливая внучатая племянница, которую Буратино не любил, а так, из жалости пригрел. Долго ли, коротко ли, а понял Буратино, что скоро подохнет, и разослал письма трём своим сыновьям с сообщением о том, что он жаждет их всех напоследок повидать. Два сына, как обычно, умных, ответили, что приедут. А третий — тоже как обычно — ничего не ответил.

«—Проклятый — он и есть Проклятый! — сплетничали нянька с кухаркою, не обращая внимания на отирающуюся поблизости Пею. — Порождение демона!»

Дальше автор рассказывает нам душераздирающую историю детства Проклятого и всеразличные сплетни.

Внучатая племянница богатого Буратины (не забыли, да?) подслушала эту историю (вместе со сплетнями) и стала очень бояться (там где-то по ходу мы узнаём, что ей, помимо всего прочего, периодически являлись домашние привидения).

Но нет бы бояться под одеялом. Ей приснился сон, что кто-то стоит под дверью и ломится в дом. Не будь умной, внучатая племянница Буратины открыла дверь, и в дом натурально вломился раненный вусмерть младший сын Буратины.

Потом нам рисуют охренительного младшего сына Буратины с [шилом в заднице] серебряной пулей в руке и общим большим приветом, а также внучатую племянницу, которая никак не хочет от этого младшего сына отвязаться — не иначе как со страху.

Наконец, Буратино дохнет, а его младший сын находит в доме какой-то столб, начинает с этим столбом обниматься и рассказывать внучатой племяннице Буратины о своём нелёгком детстве.

Потом приходит привидение, и ушлая внучатая племянница объясняет: дескать, оно — привидение — это сам же младший сын Буратины, только маленький, и получилось так оттого, что упомянутый младший сын отторг «часть своей души», «которой было особенно больно и страшно».

«—Этот малыш всё время тебя ждал. Его… тебя никто тогда не защитил, не пожалел, не утешил. Сделай это сейчас. Не прогоняй его», — говорит ушлая внучатая племянница.

Естественно, что удручённый на всю голову младший сын сразу и безоговорочно верит внучатой племяннице и, должно быть, именно поэтому бросает столб и лезет обниматься со своим привидением. Потом, осиянный светом, он в величайшем хеппи-енге уезжает строить корабль, прихватив с собой внучатую племянницу покойного Буратины.

Образчик стиля:

«Вейсу уже почти отказали ноги, речь стала медленной, невнятной; и со многими другими болезненными, унизительными подробностями старческой немощи пришлось ему сжиться в последнее время».

Да, с подробностями сживаться трудно, это аффтор тонко подметил.

Нет, в общем, всё в порядке. Я только одного не пойму: на кой здесь ляд внучатая племянница богатого Буратины, два его старших сына, нянька с кухаркой, серебряные пули, огнестрельное ранение, невнятное проклятие (кстати, в чём оно заключалось?), столб, привидение и быстроходный парусник, который заложен на каких-то там верфях. А так вопросов больше не имею.

Зачёт в категории «Графомань эксклюзивная, бестрепетная, одна штука». Почему зачёт, объясню позже.


Родителей не выбирают (в трёх частях)

В первой части были и сюжет, и интрига. Она цепляла, и цепляла здорово — не оторвёшься.

А вот вторая и третья части…

Я ничего не поняла.

Я не поняла, к какому такому «психическому резонансу» апеллировало обвинение. Это чего, вообще, за термин и что под ним скрывается? Да, и при чём тут генотип? Если бы сыновья убийц были с рождения предрасположены к убийствам, убийц можно было бы отстреливать ещё в зародыше.

Во-вторых, я не поняла, к какой такой «серии убийств, грабежей, краж» подстрекал обвиняемый своего сына. Нам показали только сценарий побега из тинатория, в ходе которого мог быть убит охранник и похищены документы — всё. О какой «серии» речь-то? Да, и за грабёж, надо думать, считается изъятие яда у змеюки…

В-третьих, я не поняла, как этот незадачливый папаша оказался разлучённым с сыном и что ему мешало вернуть себе родительские права, коль скоро возможность жить семьёй теоретически в данном обществе предусмотрена. Или я вообще ничего не поняла?

В-четвёртых, я так поняла, что это уже не первая попытка обвиняемого заполучить себе сына, вот только я совершенно не поняла, об одном и том же сыне идёт речь или о разных детях.

В-пятых, я не поняла, зачем делать солянку из блюда, которому изначально предполагалось быть цельным. Ну берёшь ты «документальные» материалы в качестве составных частей рассказа, ладно. Но остановись на этом. Зачем добавлять лишние ингредиенты? Ты ж не роман строчишь.

Такое впечатление, что автору то ли надоело всё под конец, то ли времени не хватило, то ли он изначально на крупную форму замахивался, то ли фантазия неуёмная подвела.

Короче. Автор нам не рассказал даже половины. Мы не знаем ни мотивов, ни целей. Мы не можем понять, чем руководствуются действующие лица этой истории и что у них за душой. То, что рассказано, рассказано сумбурно и невнятно.

Это было бы ещё полбеды, но самое скверное заключается в том, что читать вторую и третью части попросту скучно — слишком резок контраст с первой, полной приключений.

Кстати, из всех возможных образов нам предъявили только образ адвоката — да и тот намёком. Больше в рассказе не виден никто. Вот про адвоката мы действительно можем сказать более или менее определённо, что он за человек. А об остальных — ни полслова. Ну откуда я знаю, может, этот папаша и впрямь какой-нибудь маньяк-отморозок? Может, для мальчика, который отказался идти к нему в сыновья, директор тинатория как отец родной?

В общем, на помойку. Недоделанные вещи предъявлять публике нельзя, а рассказ недоделан, как его ни поверни.


Тени за рекой

Практически, «Калевала». Не по сюжету, разумеется, и не по размаху, а по духу.

Есть один очень серьёзный ляп.

Нет в архетипе матери никаких «мамочек» и «мам». Есть только собственно «мать». «Мамочка», «маменька», «матушка», «мама» — это всё из другой оперы.

Соответственно, когда в сказе (перед нами сказ — не по форме, а по сути) к старшей женщине обращаются сын или невестка, они вправе сказать «мама», «матушка» и т.д. Но когда о старшей женщине говорит автор, или когда старшая женщина говорит о себе сама, единственно уместное для неё именование — это «мать».

Жанр обязывает.

То, что предъявил автор — это романная лексика в контексте сказа. Возможно, перед нами действительно часть задумки романа.

Прочее лепо и любо. Всем обратить внимание на отсутствие лишних персонажей и телодвижений. Как отличить графомана от зрелого автора? Правильно, кто дело знает, тот лишнего не насуёт.

И вот здесь, кстати, ровно столько образов, сколько действующих лиц (а их пять: Личи, Кобард, Кан, Лодочник и муж Кан) и ровно столько архетипов, сколько требует контекст.

Нет, понятно, что улучшать можно всё что угодно до бесконечности, но речь в данном случае не о том, что выписано лучше, а что хуже, а о том, что всё упомянутое есть.

Я позволю себе цитату — она мне просто нравится:

«А чужими местами все слаще пахнет, ветер все сильнее, закрутил лодку, подхватил и вниз по реке погнал, не дал течению к тому берегу прибить. Так и уплыла лодка черная, последняя, а в ней Личи нет – только тень ее, и тени нет – только Личи, живая, настоящая».

Зачёт, и пока с большой претензией.


Земляные

Сужет (ну вы поняли, да?).

Из-под земли начали восставать двойники местных жителей. Точнее, сами восставать они не могут (они, по ходу, вообще отмороженные какие-то), их надо откапывать. Если откопать неосторожно и повредить копию, повреждение немедленно «переметнётся» на оригинал.

Все в панике и в шоке, бегают с лопатами по лесам и песочницам. Двойников ковыряют. Чтоб кто чужой не наковырял раньше и не повредил ненароком.

Только милиция не ковыряет. Милиция ездиет на машинах.

Главный герой — молодой вдовец — и его дочка тоже хотят наковырять себе двойников. Но вместо этого выковыривают свою покойную жену и мать.

Таким образом, выясняется, что «двойник» — это тот, «кого ты любишь больше всего на свете».

Угу. Именно полудохлая кукла неопределённой формы существования и есть то самое, что больше всего на свете любят овдовевший мужик и его ребёнок. Кто б сомневался.

Вообще, это надо читать. Но не будем отвлекаться.

Для начала у меня вопрос к уважаемому аффтору: когда он в реальности видел семилетних детей, играющихся в песочнице? Кстати, возможно, аффтор не в курсе. Рассказываю. Песочные крепости можно строить только при наличии достаточного количества воды. В противном случае получится не крепость, а именно что один ров крепостной. Ну, или холм — на вкус и цвет, как говорится. Вопрос: песочница рядом с пробитой канализацией располагалась?

А как вам, к примеру, подростки, с раннего утра выползающие бренчать на гитаре и пить пиво? Я умилялась.

«- Как ты? - спросила Люда. - После аварии ты совсем изме...»

Да, да, да. Непринуждённая светская беседа, кто б сомневался.

«Можно было еще рассказать о слезах и соплях в подушку каждую ночь – это я-то, настоящий мужик, мастер на все руки, который не плакал лет с трех!»

Не с трёх, а с двух. Даже, наверное, с полутора. Максимум — с двух лет и трёх месяцев. И тот день, когда он плакал последний раз, он запомнил на всю жизнь. А потом папа сказал ему: «Будь настоящим мужиком!» И стало так.

Кстати, к тому моменту, как из-под земли появилась рука, аффтор окончательно забыл о возрасте детишек. Периодически он будет вспоминать, что Ирочке семь лет, но очень, очень редко.

«Успокойся, Дмитрич. На, еще выпей. Хорошая водка, дружок с ликероводочного завода таскает, не палёнка какая-нибудь, не гадость».

Тонкий намёк на время действия: начало девяностых прошлого века. Креатифф рулит.

«Сквозь пыльные окна приглушенно светило летнее солнце».

Аффтору — провести эксперимент: не мыть окна ровно столько, сколько потребуется для того, чтобы свет солнца, проникающий через окно, сделался приглушённым. Через полтора года доложить о промежуточных результатах.

«- Это происходит по всему миру, - сказала она. - Люди выкапывают двойников. Откуда они взялись? Это чей-то розыгрыш? Но кто за одну ночь мог закопать столько человеческих копий? К тому же... по непроверенным данным эти несчастные – живые. Вот только находятся в состоянии комы».

Это диктор говорит, если кто не понял. Изумительная дикторская речь, да? Но, гражданин аффтор, о том, что мы читаем сказку, надо предупреждать заранее. А то, знаете ли, не все подготовиться успевают.

«- Именно так, - подтвердила Ира».

В ответ на вышеприведённую реплику диктора, обращаю внимание. Ребёнок растёт на глазах. Как катаракта (с).

«Неугомонный Дмитрич раздавал приказания мужчинам, которые, потея на солнцепеке, раскапывали землю».

МЧС, надо полагать, уже разогнали. Милиционерам, как я уже говорила, не до того, они на машинах ездиют.

Про вторую дикторшу я лучше умолчу для ясности.

Да, и где бы, вы думали, «выкопался» двойник того самого патологоанатома, который нечаянно убил Дмитрича? Натурально, под носом жены Дмитрича. Что может быть естественнее!

«- Как ты думаешь, это инопланетяне сделали? Чтобы проверить людей на гнилость?
Не знаю.
И следи за языком, маленькие девочки не должны так выражаться».


Догадайтесь с трёх раз, какое слово тут не для маленькой девочки? Да, я тоже думаю, что «инопланетяне».

«Ночевать в роще остались в основном мужики: крепкие, побитые жизнью».

Угу. И семилетней девочке там самое место.

«Ирка ткнула его в бок…
- Не останавливайся, дядя! - приказала. - Ты должен убедиться!»


Да, да, бойкая девочка, мы это уже поняли.

А вот ещё знатная зарисовка: несколько часов во вполне определённом направлении двигалась толпа религиозных фанатиков, вооружённых огнестрельным оружием.

Не остановил никто — до тех пор, понятное дело, пока эта толпа не подошла вплотную к приятелям главгера и не замочила главного приятеля.

Аффтор жжот. Жосско и не по-децки.

Старушка типа при смерти бегает через всю рощу, аки лань младая.

«А скажи, Господи, это Ты сделал? Все-таки Ты, правда?»

Размечтался! Нет, родимый, не тому претензии предъявляешь. Это у аффтора сезонное обострение философии случилось. Оно так всегда с обострениями: у аффтора случилось, а ты отдувайся. Графоманы — самые жестокие люди на свете. Они даже отдалённо не представляют себе, что творят.

Но самое неприятное — они ни за что не отвечают.

Вы думаете, я шучу или у меня крыша едет?

Вы неправильно думаете.

«Пассивный, разрушительный нарциссизм – удел взрослых».

Вот и мораль. Крапивин отдыхает.

«Да, мир изменился».

Я чувствую это в воде, я чувствую это в земле. Вот, теперь и в воздухе что-то почувствовала… (с)

А может, это опять стёб?

Не многовато на один конкурс?

PS. Подумав, я решила, что [«Выкидыши»] [«Опарыши»] тьфу, блин, [«Заморыши»] «Земляные» — это не стёб. Аффтор, прости, если шутка твоего юмора была принята мной всерьёз. Но покамест я склонна считать, что у тебя просто сильно-сильно разболелась голова. Возможно, после того, как гражданин, откапывавший твоего двойника, треснул ему по темечку лопатой. Ты не расстраивайся, задатки у тебя есть, а голова рано или поздно пройдёт. Ты, главное, по сторонам смотри почаще — на дикторов, на детишек, на старушек — и всё у тебя срастётся.

А незачёт тебе в любом случае: конкурс-то не пародийный и не на самую умопомрачительную графомань.


Вместо заключения

Озвучиваю свой топ.

1. Тени за рекой.
2. Криптограмма.
3. El espaidero.
4. Ночь внутри.

Сначала о первых трёх рассказах.

«Тени за рекой» однозначно сильнее «Криптограммы»: в «Тенях» нет воды, они более продуманны, более цельны и писаны гораздо более зрелым автором. Так что «Тени» я ставлю наверх недрогнувшей рукой.

Чего не хватает «El espaidero», я уже говорила в рецензии, и добавить мне к этому нечего. Очень «свой» рассказ. И с удивительно приятным послевкусием. Вот только о чём он — совершенно непонятно.

Прочее — это либо графомань, либо подражание графомани, либо попросту фальшак.

Могла бы выйти интересная зарисовка из рассказа «Родителей не выбирают». Но автору было, очевидно, настолько влом её додумывать, что мне стало влом её оценивать.

Мог бы выйти честный и добротный, хоть и серый, как мышь, рассказ «Клише». Но автор предпочёл схитрить, и от этого рассказ выглядит как беспомощная ложь.

Наверное, могло бы выйти нечто толковое даже из «Самок». Но загрузить читателя у автора получилось, а вот увлечь — не вышло. Сам виноват.

Рассказ «На излёте» — это из конкурса порнографического рассказа. От мнения своего хрен откажусь, ибо вкус меня ещё ни разу не подвёл, и даже если я чего-то не могу выразить на сегодняшний день словами, чутьём всё равно понимаю.

«Земляные» и «Девушки» — это графомань. Не имеет значения, «шуточная» или настоящая, важен только факт.

А вот теперь о «Ночи внутри». Которая — обращаю внимание — тоже графомань.

Эта бредятина, господа, легко и небрежно делает и «Клише», и даже «На излёте». Как стоячих. Если вы этого не заметили, вы либо слепы, либо привыкли мыслить шаблонами и оценивать рассказы не в целом, а исключительно по параметрам («язык», «идея», «сюжет», «первое впечатление» и т.п.).

Объясняю, почему «Ночь» объективно лучше всех, кроме первой тройки, и почему я взяла её в топ, хотя могла бы сказать, что она просто лучшая среди худших.

Во-первых, «Ночь» детально запоминается — в отличие от. Прошла почти неделя, а я помню этот лепет помрачённого разума в подробностях. А всё потому, что при диком обилии совершенно лишних сущностей и движений, там есть образы. Они неправдоподобны, наивны по-детски, отчаянно беспомощны, не нужны ни разу, но они — есть. И они не случайны, как в «Родителях», допустим. Ими автор жил, и в них автор вкладывал себя.

Во-вторых, это рассказ-притча. Кондовая, кривая во все стороны, бесформенная и уродливая, однако далеко не бессмысленная. Автор, когда писал, знал, что он хочет сказать, и сказать он хотел нечто действительно для себя фундаментальное. Не важно, глупости он говорил или умные вещи, делал открытие или изобретал по пятисотому разу велосипед, — это уже вопрос отдельный. Он говорил что-то очень важное, своё, своим же голосом.

Именно поэтому, в-третьих, читая «Ночь», можно вздыхать от жалости к русскому языку, но делать хрестоматийную подборку для трактата «О графоманах» на основе этого текста не получится. Автор сначала думал, а потом писал. Именно поэтому ляпы в рассказе скорее оригинальны, нежели характерны.

В-четвёртых и в-главных, это рассказ не об идеях, а о людях. Более того, о людях в момент их трансформации. Его герои развиваются. Да, показано это оторви и выбрось. Но во всех остальных рассказах, за исключением топовых, развития нет вообще. Так, зарисовки подённые — со статичными героями в лучшем случае, а в худшем вообще без них.

Трансформация личности в современной литературе — вообще большая редкость. И я считаю, что людей, которые ставят эту тему во главу угла, надо поощрять, по возможности не глядя на недостатки.

Совет автору: напиши на базе этого синопсиса грандиозный роман с каким-нибудь дебильно пафосным названием, вроде «Обретение себя». Убери приведение, оно там лишнее. Его функции передай девочке Пее — фактическому двойнику маленького Налена. Убери все нравоучения. Нален должен сам понять, в чём фишка. Усугуби, соответственно, аналогии между Пеей и Наленом-ребёнком. Покажи развитие отношений Пеи и Налена взрослого. Покажи в деталях охоту местных жителей на Налена и, возможно, на Пею. Разработай образ Вейса до монолита. Он получится по-настоящему охренительным и чертовски осязаемым — это видно уже сейчас. Покажи такую рефлексию, от которой тебя самого заколбасит. Текст вылизывай до блеска — штангенциркулем выверяй каждую реплику и высчитывай каждую интонацию на логарифмической линейке. Наиграйся с героями до полного одурения. Напиши пять приквелов и восемь сиквелов. Создай ещё дюжину-другую персонажей, а также сюжетных и идейных линий. Замочи Налена с Пеей. Можно не по разу. Можно с особой жестокостью. Дай избежать смерти. Дай обмануть смерть. Дай обмануть жизнь и снова за это убей. А потом опять всё переделай.

Дай, одним словом, героям ожить окончательно.

Заведи подружку или друга, которому ты будешь взахлёб читать отрывки из своего великомогучего творения, — просто чтобы не околеть в одиночестве. Не слушай, что она или он там бормочет про «клёво», «супер», «класс» и пр., слушай только себя. При этом себя от собственного тщеславия отделяй (у тебя получится, правда, не сразу). Книгу, строго говоря, можно даже не заканчивать, она всё равно будет, во-первых, непопулярной, во-вторых, неудачной, а в-третьих, надоевшей тебе до смерти. Просто наиграйся.

Убери, как остопротивеет, подальше и больше никому не показывай.

И до тех пор, пока продолжается игра с этим романом, не участвуй ни в каких конкурсах и никаким самиздатом не балуйся. Плюнь на аудиторию в принципе, играй на своём великом плацдарме и не разменивайся по мелочам. Ты молод и действительно талантлив, у тебя вся жизнь впереди, а настоящая проза всё равно раньше тридцати не начнётся, как ни изгаляйся.

Сможешь, не сдрейфишь, не плюнешь на всё — будешь писать, и писать чертовски хорошо.


Маленький дисклеймер под занавес

Здесь было три страницы убористым почерком. Наделённые воображением додумают сами, а я изложу квинтэссенцию.

Если меня кто-нибудь ещё раз попросит что-нибудь «посмотреть», «оценить» или «отрецензировать», я его… так отрецензирую, что он забудет, как «мама» пишется.

Андрею Ширяеву, ЗнатномуПровокатору (TM), спасибо за науку.
===========================================


От Андрея Ширяева, Знатного Провокатора (ТМ): Ответное спасибо за классные профессиональные рецензии! И буду думать, почему я Провокатор (ТМ). Я же хотел как лучше...
Andrew вне форума  
Старый 21.05.2005, 13:53   #2
Форумный житель
 
Аватар для Мирослав
 
Регистрация: 03.12.2004
Адрес: Одесса
Сообщений: 356
Благодарностей от вас: 0
Вас поблагодарили 0 раз(-а) в 0 сообщении(-ях)
Андрей, я решил закрыть и "прилепить" эту тему. Думаю, что многим будет очень полезно периодически сюда заглядывать
__________________
Мир имеет свои не менее славные победы, чем война.
Мирослав вне форума  
Закрытая тема

Закладки

Опции темы

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Разбор полетов от Мирослава Мирослав Архив предыдущих конкурсов 90 27.12.2004 12:14


Часовой пояс GMT -5, время: 17:19.



Copyright ©2002 - 2010, Форум Русского Эквадора
RussianEcuador.com
Перевод: zCarot

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100


Работает на vBulletin® версия 3.8.6.
Copyright ©2000 - 2018, Jelsoft Enterprises Ltd.
Перевод: zCarot