|
"Пищевые отравления"
Не столько критика, сколько ощущение. Не хватило мотиваций. Притом со всех сторон. Припомнился некстати и рассказ Лукьяненко про охоту на снарков (тоже герои-эстетствующие гурманы), а потом еще и сказка про ученика лекаря (отравиться, поверив в то, что пьешь яд). А разприпомнившись, чужие рассказы заглушили послевкусие этого. Потому что при отсутствии мотивации у героев памяти не за что зацепиться.
Когда будете переделывать рассказ (если будете), подумайте, быть может, над такими вопросами: отчего появилась эта самая страсть к рискованным блюдам у опытного военного? Быть может, у него пропало чувство страха, притупились нервы, и играя со смертью на кухонном столе, он пытается оживить самого себя? Или хочет достичь совершества, ищет своего бога в обретении божественного вкуса? Быть может, он и не тайно кормит солдат, испытывая свою стряпню, а напротив, предлагает им приобщиться к этому блаженству, соблазняет изысканностью блюда, о котором все они, конечно, уже наслышаны от пленников?
У главного героя, от имени которого идет рассказ, есть намеки на то, что он также совращен мечтой о ледяном черве, о его восхитительном вкусе. Почему бы не проследить эту тему? И в этом случае, когда солдат отказывается попробовать блюдо, он предаст свою мечту, единственную, на которую способен его разум в отупляющей казарменной атмосфере. Он предаст - и места достанется убийце, умрет вместе с ним. Представьте, какую жестокую зависть будет отныне испытывать этот солдат к своим начальникам, и живому, и мертвому? Теперь можно и подумать, ОТЧЕГО на самом деле умер потом особист...
(Ничего, что я так увлеклась дорисовками?)
|